Кому Starliner, а кому «Союз»: будущее полетов на МКС

04.09.2019 14:22 0

Уже в ближайшие месяцы Россия может утратить монополию на доставку людей и грузов на Международную космическую станцию: близятся первые запуски пилотируемых кораблей, созданных компаниями Boeing и SpaceX в США. Это означает, что на «Союзах» на МКС теперь будут летать только российские космонавты. Indicator.Ru разобрался в хитросплетениях космической политики и попытался понять, что ждет станцию и полеты к ней.

В ходе прошедшего на прошлой неделе Евразийского аэрокосмического конгресса глава представительства Европейского космического агентства (ESA) в Москве Рене Пишель заявил что европейские астронавты больше не будут летать к станции на российских «Союзах». Это заявление породило ворох заголовков в СМИ — от почти нейтральных «Европа отказывается от «Союзов» до обвинительных, кричащих об «измене с американцами». Между тем Пишель сразу же объяснил, что европейские астронавты летают на МКС по американской квоте, и только с этим связан переход ESA от «Союзов» к новым американским кораблям. Через несколько дней генеральный директор ESA Ян Вернер отметил, что полеты на «Союзах» европейских астронавтов в принципе возможны, но пока никаких прямых договоренностей с Роскосмосом у агентства нет.

NASA начало инвестировать в разработку новых грузовых и пилотируемых кораблей частными компаниями еще до момента окончательного закрытия программы Space Shuttle. С 2014 года для пилотируемых полетов разрабатываются два проекта: CST-100 Starliner компании Boeing и Crew Dragon компании SpaceX. В этом году Crew Dragon уже совершил успешный беспилотный полет к МКС, но в апреле один из двигателей корабля взорвался во время наземных испытаний. «Несмотря на то, что компания Маска накопила большой опыт эксплуатации грузового корабля Dragon, а Starliner еще никуда не летал, NASA относится к боинговскому кораблю с большим доверием, — считает эксперт проекта «Новости космонавтики» Игорь Лисов. — В конце концов, он еще ни разу не взрывался при попытке провести огневые испытания двигателей. И если пилотируемый Dragon запустят на неделю, то на Starliner прибудет регулярная экспедиция на МКС, и корабль будет находиться в составе станции полгода. После этого корабли двух типов будут чередоваться».

Только ли американцы будут летать к МКС на новых кораблях, и при чем тут квоты на полеты? Эти квоты, напоминает инженер-конструктор космического приборостроения и член Северо-Западной организации Федерации космонавтики России Александр Хохлов, существуют с самой первой экспедиции в 2000 году, и основаны на вкладе партнеров в станцию. МКС делится на американский и российский сегменты, при этом вклад в США в ее создание выше. Например, самый первый модуль станции «Заря» был построен в России, но на американские деньги по контракту с Boeing. В первые годы работы станции экипажи длительных экспедиций прибывали туда на шаттлах, но так как эти корабли проводили в космосе не больше 14 дней, на случай аварии к МКС все равно пристыковывался «Союз». Российские корабли обеспечивали возможность спасения экипажа станции. Потому почти всегда квоты были равными для США и России. В составе одной длительной экспедиции на МКС отправлялся один российский космонавт и два американских астронавта, в следующую экспедицию — наоборот.

Так как корабли-спасатели «Союз» каждые полгода нужно было заменять на станции из-за их срока службы, на каждом корабле Россия могла отправлять в короткие экспедиции посещения космических туристов и астронавтов ESA, рассказывает Хохлов. Именно на «Союзах», например, попали на МКС первый турист Деннис Тито в апреле 2001 года и первая женщина-европейский астронавт на станции Клоди Эньере в октябре того же года.

После гибели шаттла «Колумбия» в 2003 году в течение двух лет на станцию летали только «Союзы» и экипаж полугодовой экспедиции был сокращен до двух человек. После возвращения челноков в эксплуатацию почти на четыре года доставка стала смешанной: двух членов экипажа доставлял «Союз», одного — шаттл. Свободное место в «Союзе» регулярно продавалось космическим туристам. Большая часть туристических полетов на МКС, шесть из восьми, состоялись как раз в 2005 – 2009 годах. А затем программа шаттлов была свернута, и монополию на доставку людей на МКС получила Россия. Одновременно экипаж МКС увеличился до шести человек, и мест для туристов в кораблях не осталось.

«Шаттлы летали до 2011 года, но с 2009 уже все основные экипажи, то есть полугодовые экспедиции, летали только на «Союзах», — рассказывает Хохлов. — С этого времени каждый год запускаются четыре наших пилотируемых корабля вместо прежних двух. Из них два корабля делались за российские средства и два по контракту NASA, то есть Роскосмос и РКК «Энергия» зарабатывали на доставке астронавтов».

В 2009 – 2017 годах схема полетов была более-менее единообразной. На борту МКС работал экипаж из шести человек, прилетали и улетали они на «Союзах». На каждом корабле был русский командир «Союза» (по закону о космической деятельности командиром российского корабля может быть только гражданин России) и либо два иностранных партнера, либо один космонавт и один астронавт. Все места для иностранных астронавтов выкупало NASA, но распределяли их согласно вкладу зарубежных космических агентств в МКС. «Европа делала некоторые модули станции для США и пять крупных грузовых кораблей ATV, поэтому европейцы занимали второе место после США; японцы каждый год делают один грузовой корабль HTV за свой счет. Меньше всего летало канадцев, их вклад небольшой: два манипулятора на станции», — рассказывает о балансе вклада и квот Хохлов. В последние два года ситуация изменилась, так как пять мест в «Союзах» Россия передала компании Boeing в счет долга за проект «Морской старт». Boeing продал их NASA, и с 2017 года на каждом «Союзе» только один российский космонавт — командир корабля, и, соответственно, только два россиянина одновременно находятся на орбите.

Подытожим. Европейские, японские и канадские астронавты летали на МКС по большей части на местах, выкупленных NASA, и лишь в краткосрочные экспедиции — по прямым контрактам с Роскосмосом. Если текущие договоренности NASA с партнерами сохранятся, то, как только у американского агентства отпадет потребность покупать места в «Союзах», астронавты других стран перестанут занимать эти места. Но есть нюансы. «С момента начала полетов Dragon V2 и Starliner американцы будут возить всех партнеров, — замечает Хохлов. — Но с Россией возможен обмен одним членом экипажа для безопасности, на случай аварии у одной из сторон».

То есть если один из пилотируемых кораблей, например, американский, не долетит до станции, в экипаже второго — российского — будет астронавт, способный поддерживать работу американского сегмента МКС. О том, что вопрос о таких перекрестных полетах «в принципе решен», уже заявил первый заместитель начальника Центра подготовки космонавтов Максим Харламов. Прямые контракты между ESA и Роскосмосом тоже возможны: об этом написал в Twitter глава Роскосмоса Дмитрий Рогозин.

Не только европейское агентство стремится подстраховаться на случай, если полеты новых кораблей отложатся. NASA, напоминает Хохлов, уже выкупило два места в двух разных «Союзах» у России на 2020 год. Эта мера необходима и на тот случай, если договоренности о бартерных перекрестных полетах между США и Россией еще не будет: один астронавт должен лететь на станцию с российским экипажем, чтобы следить за американскими модулями. Дополнительная мера подстраховки — продление работы на станции для двух астронавтов: Кристина Кук (Koch) останется на МКС до февраля 2020 года, а Эндрю Морган — до весны. Благодаря тому, что Кук не нужно будет возвращать на Землю в октябре 2019 года, возможность слетать на МКС уже в этом году появилась у первого астронавта ОАЭ Хазза аль-Мансури.

Даты предполагаемых первых стартов новых американских кораблей (и беспилотного тестового полета Starliner) еще не объявлены официально. По словам Игоря Лисова, последние появлявшиеся в информационном пространстве даты — это 6 – 13 октября для беспилотного полета Starliner со стыковкой к МКС и 30 декабря со стыковкой 31 декабря для первого старта одного из кораблей с экипажем. По мнению научного руководителя Московского космического клуба Ивана Моисеева, полет новых американских кораблей к МКС — вопрос нескольких месяцев: «Такие программы, как разработка Starliner и Crew Dragon, всегда идут не по графику, но если не произойдет очень большой аварии, в конце этого года или начале следующего один из них полетит».

Если хотя бы один из американских пилотируемых кораблей начнет полеты в следующем году, это сильно повлияет на отечественную пилотируемую космонавтику. Прежде всего потому, что России не нужно будет запускать больше двух «Союзов» в год, чтобы заменять экипажи на МКС. С финансовой точки зрения, считает Игорь Лисов, мало что изменится — до сих пор два из четырех «Союзов» полностью оплачивались NASA, теперь этих двух полетов просто не будет. Все шесть мест на оставшихся двух кораблях будут принадлежать России, и это, по мнению Игоря Лисова, позволит вернуть на орбиту космических туристов. Это возможно только за счет сокращения российского экипажа «Союза» до двух человек, а вот NASA будет проще — на новых кораблях смогут летать штатно по четыре человека и до семи при необходимости. Теоретически NASA может отправлять в космос трех своих астронавтов и одного представителя страны-партнера или туриста каждый раз. Но если они будут оставаться на МКС на всю полугодовую экспедицию, придется решить много сложных вопросов — от размещения дополнительного члена экипажа на такой срок на станции и доставки грузов для его обеспечения.

По действующим соглашениям МКС продолжит работу до 2024 года. Представители Роскосмоса уже не раз заявляли о возможности продлить ее работу до 2028 и даже до 2030 года. «Чем дольше будет работать МКС, тем лучше для России, — ничего другого у нас сейчас нет для пилотируемого космоса», — подчеркивает Моисеев. Но США наименее, по его мнению, сейчас привержены идее сохранять МКС. Лисов отмечает, что если планы США по возвращению к Луне уже к 2024 году будут реализовываться всерьез, весьма вероятно прекращение финансирования МКС из американского бюджета (сейчас на нее уходит более трех млрд долларов в год). Это, считает Лисов, равносильно уничтожению станции, альтернативой которому могут стать негосударственные проекты. «NASA уже предложило часть ресурсов станции частному сектору, намеревается отработать на ней модули и устройства коммерческих фирм и в будущем планирует использовать коммерческую околоземную инфраструктуру наряду с частными заказчиками», — отмечает эксперт. Впишутся ли в такое развитие событий другие участники проекта, главным образом, Россия? До 2024 года осталось не так много времени.

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Самая актуальная информация на СПР Слабые места, и типичные неисправности планшетов. Как выбрать качественную и безопасную воду для кулера Мытищи в рейтинге городов по экологии в России Обучение в Воронеже

Последние новости